Поскольку спортивное величие проявляется ярко через движения и действия самых одаренных спортсменов мира, мы научились поэтически описывать его. Таких атлетов называют мощными, динамичными, превосходящими других.
Гораздо сложнее описать отсутствие величия, ведь оно не является чем-то само собой разумеющимся и не всегда ожидается. Когда его нет, и мы видим, как профессиональные спортсмены играют просто хорошо, средне или даже хуже, это не вызывает особых комментариев. Описать отсутствие величия сродни описанию отсутствия запаха – сказать «здесь ничем не пахнет» звучит странновато. В обоих случаях мы ожидаем некий базовый уровень и комментируем только выдающиеся, отклоняющиеся от нормы явления.
Но когда ты выигрываешь «Харт Трофи» и находишься на пике карьеры, будучи одним из самых высокооплачиваемых игроков лиги, можно простить наблюдателей за то, что они ожидают некоторого величия. Когда ты зарабатываешь 11 миллионов долларов в год и откладываешь подписание контракта на сумму, более соответствующую зарплатам величайших игроков лиги, болельщики тоже могут быть удивлены отсутствием даже малой доли величия.
Что касается Остона Мэттьюса и Митча Марнера, это «отсутствие величия в важных матчах» висит над ними как пустота, черная дыра, поглощающая все остальные истории, нарративы и проблемы, кружащие вокруг «Торонто Мэйпл Лифс». Болельщикам и аналитикам сложно указать на конкретные моменты и сказать: «Вот что вам следовало бы сделать по-другому». Ведь эти игроки, подобно гениальным композиторам, сами должны первыми «увидеть музыку», прежде чем ее услышат другие.
Мы не знаем, вы же предполагаемые великие.
